March 27th, 2017

promo izyaweisneger february 14, 2017 08:00 13
Buy for 10 tokens
На дружбу дружбой отвечаю. На вражду - враждой. На комментарий - комментарием. На репост - репостом(Без порно и политики.) На лайк - лайком. :-)

Вы живёте в раю!

Пять лет назад нас навестили родственники.
Они давно собирались побывать в Израиле, но всё не складывалось.
И вот, наконец-то они прилетели.

Далее была процедура с заказом стандартных туров: Иерусалим, Стена Плача, Хайфа, Мёртвое Море, Эйлат...

Им везде очень понравилось.

-"Вы живёте в раю!" - подытожила наша родственница свои впечатления.

-Оставайтесь и тоже живите в раю,- предложил я.

Но они не остались и улетели.

Из всех наших родственников на Земле Обетованной только мы да ещё несколько стариков.

Остальные - кто где.

От Канады до Австралии.

Все очень любят Израиль.

Их дети ходят в воскресную еврейскую школу, как с гордостью заявила нам одна наша родственница.

А мой троюродный брат в Америке даже стал хасидом.

И все, насколько любят Израиль, настолько же не любят вопрос о том, почему не живут в Израиле.

Да я давно уже и не спрашиваю.

Как сказал классик: "Воспитанный человек не тот, кто не прольет соуса на скатерть, а тот, кто этого не заметит, если это сделает кто-то другой".

Тем более - родственники они нам.






Вещий сон профессора Лавочкина

Профессор Лавочкин был уважаемым профессором и преданным коммунистом, бессменным членом партбюро института, занимавшегося чем-то вроде "современных проблем международного коммунистического движения".
Незадолго до "Перестройки" он написал монографию с гневной критикой империализма, устроившего переворот на острове Гренада.
Монография так и называлась: "Империализм рвётся в Гренаду".
Если кто из сотрудников подавал документы на выезд в США или в Израиль, он обличал предателей громче и красноречивее всех.

И вот в самый тот день, когда пришёл к власти Михаил Сергеевич Горбачёв, Лавочкину приснился странный сон: надвинулась на него необъятная громада и смотрит на него с тихим укором.

-"Ты кто?!"-перепугался Лавочкин.
-"Я - твой Советский Союз",- ответила громада.
Лавочкин подскочил во сне, стал по стойке смирно и крикнул, что было сил: -"Служу Советскому Союзу!"
-"Тише,- остановила его Громадина, - не пройдёт года, а ты уже отречёшься от меня на всех углах.

-Я...- растерянно промялил Лавочкин,- Да я... Да мы...

И тут он проснулся.
Долго думал профессор, чтобы значил его сон.
И действительно, не прошло и года, как Лавочкин из ярого коммуниста стал таким же ярым антисоветчиком.
Он начал читать журнал "Огонёк", выступал на собраниях вышедших из подполья диссидентов, ходил на митинги и рвался уже не на Гренаду, а в городской совет.
Но, не судьба.
Прежних заслуг профессора не оценили, в городской соввет - не избрали, а институт Лавочкина закрылся.

Тогда Лавочкин порылся в метриках и репатриировался в Израиль.

Зима была, хоть и не сибирская, но Лавочкин стучал зубами от холода на съёмной квартире в бетонном доме с каменными полами.
Рубли здесь не принимали, а других денег у него не было.
Приходилось экономить на всём, даже на обогреве.
Дабы съэкономить, Лавочкин покупал в супермаркете обрезки колбасы и сыра.
Последний он натирал в макароны и получалось совсем как спагетти.

Чтобы меньше тратить денег, Лавочкин поселился под крышей, а крыша с первыми же дождями потекла.
А привычного ЖЭКа не было и приходилось Лавочкину собирать дождевую воду в ведро и привезённый из "совка" тазик.

Шмыгая носом он ходил на свою новую работу. А работал он теперь дворником.
Когда он особенно мёрз, то, чтобы согреться, вспоминал тепло своей советской квартиры, где от радиаторов шёл такой жар, что Лавочкину приходилось открывать форточку.

По ночам ему снилась прежняя жизнь, в которой он был профессором.

-Мне приснилось, что я был профессором, - сказал он своему напарнику.
-Давай, работай!-грубо оборвал его напарник.

Лавочкин уныло мёл улицу.

-Боже, как они тут гадят!-возмущался он. -Нет, это же надо так умудриться!

До пенсии ему оставалось, как до Второго Пришествия.

Как это было

Году в 89 или 90-м прошлого века, началось поломничество к нам специальных посланников из Израиля.

Их было много, даже очень много: раввины, функционеры из Сохнута и всяких разных организаций.
Ожила синагога, появилась община, начали проводить еврейские праздники.

Поначалу было интересно.

Религия в СССР не поощрялась, а уж иудаизм и подавно.
Библию, как и всё прочее, нужно было "доставать".
Но в указанное время всё это стало более, чем доступным.

Израиль в то время воспринимался многими, и мною в том числе, как оазис, возникший среди пустыни вопреки всем законам мироздания.

Приезжавшие раввины и светские евреи преподносили это как чудо.

И мноие восхищались и мечтали об Израиле - эта мечта стала вполне осуществимой.

Правда и тех, кто с молчаливой иронией воспринимали всё это и без лишней суеты и шума готовились к отъезду в США.

Тогда ведь не было интернета, да и знание языков было не авантажное.

И, тем не менее, во всех этих восторгах завёлся червь сомнения.

Праздники, Хумаш(Пятикнижие), "Пиркей авот"(поучения отцов), религиозные праздники, историческая родина...

Тогда казалось, что за всем этим есть ещё что-то, гораздо более важное, как алтарь за заневской в храме.

Но...
Есть легенда о римском полководце, который зашёл в святая святых Второго Храма в Иерусалиме, куда входить мог только первосвященник.
Отодвинув занавеску, он вошёл в это святая святых и... обнаружил пустую комнату.

Интересно, что он приэтом испытал, что подумал.

Но вот у меня было, наверное похожее ощущение, после знакомства со всеми этими традициями, праздниками, идеей еврейского местечка в Палестине.

Красивая занавеска и пустая комната.

Вскоре всё это мне наскучило и даже начало вызывать такое же неприятие, как у Верещагина чёрная икра.

Но деваться было уже некогда.