Изя Вайснегер (izyaweisneger) wrote,
Изя Вайснегер
izyaweisneger

Categories:

Цифровая экономика и вопросы паразитизма

Главное при создании цифровой экономики – не ограничиться увеличением числа нулей на чьих-то офшорных счетах

Вчера президент РФ провёл с Советом по стратегическому развитию совещание по цифровой экономике. В.В. Путин сравнил задачу её развития в России с электрификацией страны в XX веке (ранее, в ходе прямой линии, он назвал цифровую экономику «необходимым условием для перехода к следующему техноукладу»).

Президент, в частности потребовал определиться с объемами средств, выделяемых на развитие этой сферы, и обеспечить эффективность их использования. «В текущем году только федеральные и региональные органы власти потратят на информационные технологии почти 200 млрд рублей, я прошу предложить конкретные решения по повышению эффективности использования этих денег», – заявил глава государства.

По его словам, также необходимо «четко определиться с источниками, механизмами и объемами финансирования программ» на развитие цифрового сектора.

…Масштабность поставленной президентом задачи, в частности, породила один интересный эффект. СМИ пишут про цифровую экономику с энтузиазмом — но не слишком конкретно

Само понятие «цифровой экономики» основные медиа обычно глубоко не отшифровывают, предпочитая цитировать самого передового человека в стране, руководителя Сбербанка, с его поэтическим «Реализация программы «Цифровая экономика» способна стать новым импульсом для научно-технологического развития России с фокусом на цифровые технологии будущего, такие как искусственный интеллект, блокчейн, big data, облачные сервисы, виртуальная и дополненная реальность, дроны и роботы, «интернет вещей» и другие».

И поэтому нам стоит порассуждать о том, каковы границы явления. В чём, собственно, состоят реальные функции цифровой экономики – и имеются ли риски, что под модным брендом будут происходить попытки очередного освоения средств? Все ли цифровые инновации принесут пользу не только своим создателям, но и стране/гражданам в целом?

Тут стоит вспомнить, что на днях мир справил десятую годовщину схождения первого айфона. В связи с чем многие ностальгически пересмотрели презентацию эпохального аппарата, которую проводил перед огромным экраном ещё такой живой С. Джобс.

Наступает революция, которая перевернёт вашу жизнь, говорит Джобс в легендарном видео. Мы пришли освободить вас от кнопок и клавиатур. Отныне палец будет ездить по экрану, и мир не будет прежним

Сегодня, когда мы уже десять лет живём в этом новом мире — масштаб революции более понятен. Она действительно изменила досуг граждан и успела конвертироваться в триллионы долларов (а также в производные от них, от блондинок до яхт), а обширная линейка товаров потеряла кнопки и теперь работает от нежных касаний. Однако эта революция не перевернула таких приземлённых вещей, как добыча ископаемых, разгрузка вагонов, образование, медицина, военное дело и всё такое. Она лишь налепила поверх всего этого — где более удачно, где менее — новый интерфейс.

…Но вернёмся собственно к цифровой экономике. В классическом смысле — речь о той части экономики реальной, что связана с интернетом, обработкой данных и обменом ими. В идеале «цифровая экономика», наброшенная на реальность в качестве операционной системы, должна добиться более высокой производительности труда, снижения издержек и ускорения продаж-найма-услуг. Тем самым обеспечивая экономике настоящей — т.н. «цифровые дивиденды».

То есть идея «построения цифровой экономики» сводится к усовершенствованию управления экономикой реальной — и упрощению изменений в ней

А это значит:

1) Флагманом цифровая экономика сама по себе быть не может.

2) Она просто — по идее — поможет флагманам оставаться на плаву и развиваться.

То есть цифровая экономика — это инструмент и упаковка, но не содержимое.

…А теперь — немного критики.

Как пишут злые люди со ссылкой на доклад Всемирного банка, «в экономически развитых странах вклад информационно-коммуникационных технологий в повышение темпов экономического роста пока крайне скромен. По их данным, в период 1995-99 гг. вклад всей цифровой экономики в экономический рост развитых стран был эквивалентен 3% ВВП; в период 2005-09 гг. – 1,0%; в период 2010-2014 гг. – 1,8%. Однако они тут же признают, что основная часть этого вклада приходится на рост капитализации компаний сектора ИКТ. Получается, что основные дивиденды от цифровой экономики получает не общество, а IT-компании. Причем в основном американские».

Все это означает, что сегодня мы наряду с «цифровой революцией» видим также и «цифровую экспроприацию»

То есть, если сильно упрощать — заметная часть «цифровой экономики» по сути сводится к перерасрпеделению того «налога на коммуникацию и управление», которое экономика раньше выплачивала клеркам в нарукавниках, в пользу держателей новой, цифровой «операционки».

(Впрочем, тут всё тоже бывает довольно условно. После того, как под ударами цифровых технологий в поздних 90-х потеряли свою работу «бумажные» клерки – они вовсе не отправились чистить рыбу на завод. Глубина «цифровизации» породила новые места для них, и спустя два десятилетия один из них работает в интернет-магазине, второй служит техподдержкой, а третий, самый неспособный, говорит в телефон сакраментальное «попробуйте перезапустить компьютер». То есть сама по себе «цифровизация» может зачастую не освободить число рук и мозгов, а лишь уничтожить псевдо-механические «человечьи» профессии, одновременно породив массу новых, тоже не слишком креативных, от сервисных до т.н. bullshit jobs).

…Нет, никто не отрицает по-настоящему «революционной» составляющей цифровой экономики. Ускорение, улучшение и удешевление не выдуманы — они есть. Однако сами по себе никакие технологии управления, облачные сервисы, бигдата и майнинговые фабрики не производят еду, одежду и бензин

И ещё. Неизбежно поверх реальной пользы, приносимой цифровым сектором, имеется растущий (и достаточно многолюдный) класс с быстро растущей же капитализацией, который в пачке с полезными и необходимыми вещами производит и продаёт сущности, имеющие зачастую не столько ценность, сколько стоимость.

То есть в конечном итоге — этот класс и получает те условные «цифровые дивиденды», которые экономит и зарабатывает для экономики цифровой сектор. И частично превращает сам процесс «цифровизации» если не в новый пузырь, то в особую форму хайтек-колониализма.

…Так что весьма серьёзной задачей при внедрении цифровой экономики в России станет вопрос, как отделить настоящую часть её от паразитарной.
Источник: https://nstarikov.ru/club/83294


Subscribe

  • Бероев и наши бренды

    Нехорошо поступил Егор Бероев. Очень нехорошо. Если уж хочешь использовать чужой бренд, так спроси прежде хозяев. А наши тоже хорршо. Давно нужно…

  • Уставший Феникс

    Однажды Феникс вдруг захандрил после того, как в очередной раз сгорел и раздумал возрождаться из пепла. Поскольку Феникс был фигурой заметной, его…

  • Пустыня Негев

    Пустыня – это место, где человек ближе всего к Богу. Желая услышать Господа, сюда приходили пророки от Моисея до Иисуса. Пустыня очищает духовно…

promo izyaweisneger february 14, 2017 08:00 13
Buy for 10 tokens
На дружбу дружбой отвечаю. На вражду - враждой. На комментарий - комментарием. На репост - репостом(Без порно и политики.) На лайк - лайком. :-)
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments